Значение традиции и поклонения. 1 Кор 11

Изучив этот блок, вы сможете:

• Понять обычай у женщин 1-го века надевать на голову покрывало

• Оценить истинное значение Вечери Господней
• Понять, как могут злоупотреблять Вечерей Господней
• Рассказать,  как отличаются обычай и поклонение

Значение обычая. Значение поклонения

1 Послание к Коринфянам 11

Обычай у женщин носить покрывало на голове (11:2-16)

          В разделе, включающем стихи 11:2-14:40, Павел обсуждает вопросы, относящиеся к собраниям общины. Первый из обсуждаемых вопросов связан с женщинами и ношением покрывала на голове. Павел начинает этот раздел со слов похвалы: коринфяне помнят Павла и продолжают благодарить его. Они держатся предания (то есть заповедей), которым он их учил устно (с. 2).  То, что они написали ему письмо, в котором задали несколько вопросов, еще больше подтверждает, что они помнят о нём и уважают его учения. Как Павел мог хвалить этих братьев, что они держались преданий, которые он передал им, и, однако, сурово критиковать их в отдельных частях этого послания? Отвечая на этот вопрос, необходимо указать, что многие увещевания в этом послании в бо́льшей степени связаны с новыми сферами.  Это касается проблемы покрывала – предмета, который рассматривается сейчас. Павел начинает, обращаясь к высоким и возвышенным принципам: он хочет, чтобы его читатели знали, что глава мужу – Христос, что муж – глава жене и что Бог – глава Христу. Напоминая мужу, что Христос является его главой, Павел не одобряет никакого рода тирании или диктаторства мужа над женой. Одновременно он показывает, что отношения мужа и жены должны быть отношениями любви и уважения.

В стихе 4 Павел объявляет, что муж, молящийся или пророчествующий с покрытою головою, постыжает свою голову. Такой обычай был признаком женоподобия и бесчестил самого мужа. Эта традиция отражала важные отношения во времена Павла, и, разумеется, Павел советует коринфянам соблюдать её. Стих 5 учит, что женщина, молящаяся или пророчествующая с открытою головою, постыжает свою голову, то есть, она постыжает саму себя, потому что выглядит как мужчина и, соответственно, поступая так, она пренебрегает главенством мужчины. Позор (бесчестие) для женщины в том, как если бы она обрила свою голову. Пророчество женщины следует понимать в свете ограничения, которое даётся в 1 Кор 14:34. Павел говорит не о женщинах, пророчествующих на публичном собрании, но о таких случаях, в которых они могут использовать этот дар. Далее в стихе 6 Павел настаивает, что, поскольку женщине стыдно быть стриженой или бритой, она также должна признать, что стыдно не носить покрывало. Павел рассуждает, что если женщина настаивает на частичном игнорировании традиции, пренебрежение которой постыжает её голову, то она должна пройти этот путь до конца. Возможно, некоторые женщины в Коринфе отказывались от покрывала, объявляя, таким образом, о своей независимости. Тем не менее, ни одна из них не согласилась бы, чтобы её голову обрили. Павел настаивает, что не носить покрывало – это то же самое, и использует аргумент, чтобы убедить женщин продолжать покрывать голову. Более того, муж не должен покрывать свою голову, потому что он есть образ и слава Божия, а акт покрывания его головы будет скрывать отражение славы Божией. Но так как жена есть слава мужа, а покрывало символизирует её подчинение мужу, то, пренебрегая покрывалом, она отрицает свою роль (с. 7). Муж был непосредственно создан Богом, а жена создана от мужа (с. 8). Также не муж был создан для жены, а жена – для мужа (с. 9). По этой причине у женщины на голове должен быть знак власти, то есть покрывало. Слова для Ангелов подразумевают присутствие невидимых ангелов в собраниях, в которых молились и пророчествовали. Тем не менее, Павел не делает особого ударения на рабском подчинении жены. На самом деле, муж и жена взаимно зависимы. В сотворение женщина была создана от мужчины. С того времени все мужчины рождаются от женщины (сс. 11, 12). Далее Павел просит коринфян быть рассудительными в своих суждениях о правильности его учения (с. 13). Он ожидает, что они увидят неприличие женщины, молящейся с непокрытою головою. Они знают, что считается приличным, а что неприличным. Далее Павел обращается к природе, которая учит против длинных волос у мужчины (с. 14). Используя слово «природа», Павел, по-видимому, апеллирует к инстинктивному, врожденному чувству приличия в противоположность тому, что познается путем наставления. Согласно греческому лексикону, еще одно значение слова «природа» – «образ ощущений и поступков, который в силу долгой привычки стал природой (характером)». Возможно, что в этом контексте данное слово имеет именно это значение и что чувство приличия, к которому взывает Павел, развилось долгим применением его на практике.

Далее Павел указывает, что длинные волосы – это честь для женщины; они придают ей женственный вид и красоту. Любая традиция, например, покрывало для головы, которая подчеркивает принципы, предложенные природой, должна быть приличной.

Принципиальный и важный для всех времен урок в стихах 3-15 заключается в том, что все должны признавать различие между мужчиной и женщиной – различие, которое уходит корнями в сотворение. 

Женщина должна всегда признавать главенство мужчины; и как мужчина, так и женщина должны признавать, что «всё от Бога» (с. 12). Во времена Павла покрывало стало символом женской скромности и было знаком её подчинения. Павел учит женщин в Коринфе уважать традицию в силу её символичности и по причине того, на что указывала непокрытая голова. Ранние христиане знали о традиции покрывала и должны были уважать её значение. То, что покрывало символизировало, является вечной истиной; однако Павел не устанавливает закона о покрывале для женщин в такой степени, что делает это законом на все времена и для всех народов.

В стихе 16 Павел завершает дискуссию, говоря: «А если бы кто захотел спорить, то мы не имеем такого обычая, ни церкви Божии». Если после всех доводов Павла в пользу покрывала на голове женщины, кто-то по-прежнему настаивает на отказе от покрывала, то ему следует знать, что нигде в церквях нет обычая женщине молиться с непокрытою головою. Церкви повсюду придерживались линии поведения, предписанной здесь Павлом.

Вечеря Господня (17-34)

          Павел начал раздел, в котором говорилось о покрывале для женщин, со слов похвалы, однако он не может похвалить коринфян за их отношение к Вечере Господней. Они собирались не на лучшее, а на худшее (с. 17). Павел слышал, что в Коринфе явно существовали разделения, даже когда они собирались вместе. Павел говорит: «Чему отчасти и верю».  Он не хочет верить тому, что слышит, но не может не верить этому отчасти (с. 18). Разделения – это заслуживающий сожаления факт, но в отдельные периоды они бывают неизбежны. Польза от них заключается в том, что истинные и верные прямо показывают себя такими (с. 19).

В стихе 20 Павел говорит коринфянам, что когда они собираются вместе, то вечерю Господню не вкушают (пер. еп. Кассиана). В стихе 21 Павел объясняет почему. Коринфяне приносили с собой еду, и каждый ел свою пищу перед Вечерей Господней. Богатые приносили много, бедные – мало или ничего. Вместо правильного разделения пищи, чтобы было достаточно для всех, группы ели вместе так, что исключали бедных, тогда как у них самих было достаточно и некоторые из них упивались. Это делало соблюдение Вечери Господней невозможным. Вероятно, эта трапеза, проходившая перед Вечерей Господней, была оскорблением вечерИстино или ложно?юбви agape (см. 2 Пет 2:13; Иуд 12). Если коринфяне собирались вместе, чтобы утолить свой голод и жажду, то им следовало понять, что для этого у них есть дома, чтобы не приходить и не есть так эгоистично, что это унижало бедных, у которых не было пищи. Такое поведение было пренебрежением церкви. В вопросе «Что сказать вам?» Павел выражает своё недоумение, после чего очень решительно объявляет, что не может похвалить их за это (с. 22).

Павел не присутствовал при учреждении Вечери Господней, но Господь открыл ему подробности той ночи.  В стихах 23-25 он вспоминает, что Господь взял хлеб и чашу, возблагодарил и дал Своим ученикам есть и пить в воспоминание о Нём.

Павел раскрывает эти детали коринфянам не в первый раз; однажды он уже передал им их. Что касается слов «сие есть Тело Моё», то совершенно ясно, что когда Иисус учреждал этот праздник в ночь, когда Он был предан, то ученики, принимая хлеб, не воспринимали это как буквальную плоть Иисуса, потому что видели Его тело перед собой. В учениях Иисуса часто используется символический язык: «Я есмь дверь» (Ин 10:7), «Я есмь виноградная лоза» (Ин 15:5) и много других примеров. В этом отрывке подчеркивается, что Вечеря Господня проводится в воспоминание. Христиане едят в воспоминание. Весь этот акт является актом в воспоминание и ничем другим. Иисус говорит о чаше, как о «новом завете в Его крови», потому что «новый завет был запечатлен Его кровью», и Он видел этот завет в крови.

Помимо аспекта воспоминания, также присутствует аспект провозглашения: «Смерть Господню возвещаете» (с. 26). Правильно соблюдая Вечерю Господню, христиане возвещают другим то деяние, которое они вспоминают, и это провозглашение должно проводиться, пока Он не придёт. Вечеря Господня должна соблюдаться в Его царстве до второго пришествия Христа. Таким образом, в её соблюдении есть элемент ожидания.

В стихе 27 Павел подчеркивает всю серьезность недостойного вкушения Вечери, говоря, что тот, кто делает это, будет виновен против Тела и Крови Господней. Это говорит о том, каким образом вкушается Вечеря Господня, и не говорит, что сам вкушающий человек недостоин.  Как уже показал Павел, коринфяне недостойно соблюдали этот праздник. Каждый человек, который вкушает Вечерю в легкомысленном духе или с любым другим неправильным отношением, становится виновным в недостойном вкушении. Это грех против Тела и Крови Господней. Это не просто осквернение символов, но и того, что они представляют.

          Чтобы не быть виновным в грехе недостойного вкушения, «да испытывает себя человек и таким образом пусть ест …» (с. 28). Чтобы избежать недостойного вкушения Вечери, каждый должен пройти основательную самопроверку, проверку своих отношений и мотивов.

Каждый должен исследовать (испытать) своё сердце, чтобы убедиться, что находится в правильном состоянии ума. Павел не размышляет об отказе вкушать Вечерю в результате такого исследования; напротив, он ожидает такого самоконтроля, который приведет к достойному вкушению. Вечеря Господня – это не простой праздник. Вкушая Вечерю, человек должен «рассуждать» о Теле Господнем (различать Тело – пер. еп. Кассиана). Если он не делает этого, он ест и пьет осуждение себе (с. 29). Оттого (то есть потому, что многие не соблюдали Вечерю Господню достойно) многие коринфяне находились в таком духовном состоянии, которое описано словами «немощны, больны и немало умирает» (с. 30). В таких случаях суждения о самих себе и правильное вкушение предотвратят суд от Господа (с. 31). Когда человека постигает Божий суд неодобрения, Господь наказывает его, и это наказание совершается с целью предупредить вечное осуждение (с. 32). Бог наказывает этих людей решительными словами укора и увещевания, которые Павел адресует коринфянам. Гонения и другие виды страдания, которые допускаются Богом, также можно считать наказанием (см. Евр 12:3-11).

          В стихе 21 Павел сказал, что коринфяне спешили «прежде других есть свою пищу». Они ели группами и не обращали внимания на других, у которых не было пищи. В результате такого неорганизованного вкушения пищи, они не могли вкушать Вечерю Господню, когда приходили к ней. Поэтому в стихе 33 Павел говорит, что когда они собираются на вечерю (очевидно, что он указывает на еду перед Вечерей Господней), они должны ждать друг друга. Они не должны превращать вкушение пищи в поспешное дело; они должны ждать, когда соберутся все. Они не должны объедаться; это не трапеза для утоления голода. Если они голодны, то должны утолять свой голод дома, чтобы вечеря agape действительно была вечерей любви и общения. Тогда, собираясь на Вечерю Господню, они могут приемлемо есть, и их «собрание» не будет им «на осуждение» (с. 33). Вечеря любви не была частью поклонения и, разумеется, не была обязательной. Злоупотребление ею мешало поклонению, и наставления Павла в связи с ней предназначались для того, чтобы исправить такое неправильное употребление. Были и другие вопросы, которые Павел не включил в это послание, но он обещал исправить их, когда придет в Коринф (с. 34). Если делать предположения, то может быть искушение предположить, что Павел, возможно, не одобрял вечерю любви в такое время. Известно, что вечеря любви, которая проводилась так близко по времени к Вечере Господней, существовала недолго.  Иустин Мученик описывает Вечерю Господню  примерно в 150 г. по Р.Х. и не упоминает какой бы то ни было вечери любви.